***

"Постой, постой, - тут что-то все не так..."
Протяжный ветер серебрит волною,
И голова твоя стекает в теплый мрак
Раскатистою светлою слезою.
Вдали мигают желтые огни, -
Глаза кота мне бесконечно близки.
Я слышу как в густеющей крови
Рокочет дух полуночного диска.
Я слышу, как качается фонарь,
Как хлопают бескрылые ладоши,
И в озере слетающихся харь
Как воду пьет затравленная лошадь.
Как робкий стук планетного кольца
Врезается в нематочную клетку,
Я чувствую, как падает с лица,
Росою одурманенная ветка.
Как серый зверь из смрада задышал,
Как пахнет дождь вскипающей сирени,
Я чувствую, я слышу, как кричал, -
В гостинице задушенный Есенин.
Как тихо плачет маленький зверек
В далеком Магдебурском зоопарке.
Я чувствую, я слышу: "Все есть Бог".
И плавится душа в небесной сварке.

***

Год прошел. И время усталые плечи
Сгибает под тяжестью милого неба.
Оно не зовет, а только скорбит
О прошлом. О будущем ветер поет
В глубокой утробе Земли. И время - на колкий
Гранит, на стеклянные слезы росы,
На озера белого дух, на Бога,
На звезды в ночи кидается
Тигром слепым. О время!
Во мне прорасти когтями,
Скребущими душу во мгле.
Но молчи. Молчи...
Пока наклоняюсь...
И годы
По капельке
Пью.

***

Говорят мне, что бражник не чашник
В духе воинства, - звездных узлах.
Наблюдается звон нараспашку
В ярко-дымных, раскосых глазах.
Говорят, - что же это за чудо?!
Льется чаша под золотом рос!
И качается юная Будда
На зеленой качели волос.
Хорошо, что так чудо чудится,
Что так борется дух хохоча...
И что я в этом времени буду
В золотисто-зеленых лучах!
Говорят мне, что бражник не чашник...
Духу воинства, - нет палача, -
И летит изумленная Будда - на меня -
Хохоча…

***

Чернила. Чувства. Чистые листы.
Часовня человечьего раскола.
Чудачества. Чумления бинты,
Презрение чарующего слова...

Завистливые чары в ночи сна,
Забывчивость у частокола веры.
Чернила. Чувства. Черная весна.
Чеканный чет и чистота размера.

***

Обманула весна! Опрокинула!
В студень горла налилась жарка...
Разудалая, звездная, - стильная!
Разметельная дыба - тоска!

Прихорошена, припорошена, подрумянена
Снегом слегка...
Изумленностью огорошена,
Безмятежностью брызжет - тонка.

И не сбыть ее, не избыть ее
Не втолочь в желтый сбитень стерни,
Ах, краса моя неизбывная,
Полосни меня! Полосни!

***

Тишина. Гармония. Прованс...
Черный рыцарь скачет в желтом поле.
Улыбнусь чему-то... Ананас
Тихо тает на сухой ладони.

Серебрится ветер на висках,
Голый зверь бросается на клетку.
Тишина. Гармония. Прованс.
И душа качается на ветке.

***

Город. Чужой. Непокой.
Открытое небо под Богом.
Ушел. Успокоился. В бой
Несется над синим порогом

Раскатистый отблеск зари.
Зажигаются, гаснут протоки.
Закутали сердце в крови
Любви твоей серные токи.

Закутали, в даль понесли,
Запеленали покуда
Еще не зажглись все огни,
И не заскулила паскуда

Завистливая, черный шлейф
Весь в звездах, сияющей пене,
И катится, тянется смех
От неба до солнечной дщери.

И катится, льется заря
В руках твоих сонные копья.
И кажется, прожил не зря...
И кажется белые хлопья

С багряно-бесовской тоской
Целуют опухшие губы.
И город. Чужой. Под тобой.
И небо, которое, - будет!

***

Молчи, молчи, не говори, не надо...
Слова пустое, - суетная блажь.
Смотри, смотри, как дымно тает
На дне зрачка истонченный мираж.

Молчи, молчи, - пусть катятся минуты.
Пусть скачет Белый Всадник, - все равно.
Ты мой последний грошик непогнутый,
Точащий в сердце нежности вино.

***

Твои тридцать. Мои тридцать пять -
Это золото в осень затмений,
Это ясности дух не распять
Неизбежностью стихотворений,

Это в снежной распади безумств
Окрыления дерзостный клекот. -
Это с нежно блуждающих уст
Откровения жалящий шепот...

Это так, - чтоб была, не была! -
Пусть потом разделяют на части!
Это так, - чтоб в камине зола,
А душа - в опаляющей страсти!

Это в синь! Это в резь! Это в боль!
Не избыть. Не распять. Не покинуть
Твой огонь, мою звездную кровь,
И священное Горнее Имя!

***

Не кантовать. Окрашено. Закован
Мой страстный стих.
Как солнечный закат, как воин,
Как мощный бриг,
Летит он, рассекая гены
Чужих орбит,
И кажется Земля священней,
И холодит...
Твоя рука мой лоб горячий,
И горячей становится земля,
И зрячей - полет лучей.
И горячей, и зрячей, и свободней
Любви река.
А над водой и бездной водородной
Горят века.
Горят века, закованы минуты,
Мгновенья злы.
И не уйти, не вырваться из смуты -
Порвать узлы.
И не уйти, не вырваться на вздохе, -
Слов не стереть!
Чтоб вновь сиянием пронзило окна -
Как в сентябре.
И не уйти, не схлынуть в звездном ветре,
Не отболеть.
Но сквозь года, мгновения, столетья
Светить, гореть!
Сверкающей строкой, горячкой венною,
Рука с рукой...
Твоя любовь, мой стих и дерзновение
Судьбы земной.