***

Облака отвалили
от пустыни причала,
Пурпурные. Извиваясь,
уплыли.
Остались, как сплюснутая лузга,
Бесчисленные, ломкие,
Синевато-чёрные крылышки мидий,
В кустах и акациях
Мелко шумела их мелюзга.
Бледное тело дня.
Береговые складки, извилины,
Чернеют в скалах морщины.
Море, урча,
Ушло в себя,
А на песке
Тающее сердце-медуза,
Сжимаясь, кричит о разлуке.

***

ПРОДАВЕЦ

Продавец весёлых птиц
Постарел, оброс щеками,
Стал покорен, стал пятнист,
Он торгует овощами.

Продавец заморских птиц,
Голосистых, многозвонных,
Стал насуплен, стал небрит,
Словно пьяница спросонок.

Он - лбитель тишины,
Занавесил ею рощи.
Так - таинственней. И проще.
Очи утяжелены.

Продавец задорных птиц
Беззаботных, улетевших,
Плачет, плачет, безутешен,
Над кустами белых лиц.

***

Туман дышал - и полночь мокла,
И содрогались поезда,
В мои разбуженные окна
Ломилась бледная звезда.

Ноетдыхающая жрица,
Молясь, впиваясь в холода
И не умея с ними сжиться,
Она не смолкнет никогда.

И вспять уйдут глухие ночи,
И спять покатятся года...
В мои, как сон, сухие ночи
Кричит далёкая звезда.

***

ДАВНО

Читали Гёте. Жук скрипел.
Шумело море о себе.
Вдали от наших драм.
Взлетевший солнечный жучок
Впивался в небо, как зрачок,
И растворялся там.
С деревьев падали миры.
В обильных травах шли пиры,
Сверчок прощально пел,
И небо трогал разговор
Листвы, — и поздний помидор
Простуженно алел.
И был уже ноябрь. И дым —
В извилинах лощин,
Но было небо молодым, —
Не ведало морщин.
Читали Гёте. Или — нет?
То, может, был другой поэт?
А может, драматург?
Кто? Ибсен, Чехов? Кто из них?
Шекспир? Андреев? Кто возник,
Как маг и демиург?
Читали Гёте. Плакал сад.
То было сорок лет назад
В бескрайнем звоне крыл.
Читали Гёте. Плакал сад.
И мир творился наугад,
Я сам его творил...

***

У акаций оперенье —
Мах ресниц,
На акациях всё время —
Чёрный птиц.
Смотрит он в седые очи
Облаков,
Созерцает вставших с ночи
Рыбаков.
Видит он, как серый чёртик
В пустыре
Плачет, сумерками щёчек
Постарев.
А потом ночные звуки
И мечты
Опускает кто-то в люки
Темноты.
И когда полночный пламень
Прочь уйдёт,
Чёрный птиц взмахнёт крылами
И — уснёт.

***

В СТОРОЖКЕ

Спите! — сон рассыпал крошки.
У меня, как у совы,
Дыбом пёрышки и рожки.

Дремлет шарфик, ворс — в росе,
День прошёл — и нереален.
Потонули беды все
В чёрной отмели рояля.

Ты устала, чуть жива.
И рука лежит — как веер.
Над тобою тихо реют
Серой птицы кружева.

Ты устала. Отдохни.
Позабудь, усни, не вспомнив,
Что гремели наши дни
Как вагоны в преисподней.

Отдохни, усни, усни
В темноте глухой сторожки,
Где у каменной совы —
Дыбом пёрышки и рожки.

***

Кипят деревья над землёй,
Мотают дивными хвостами.
Сад, сад земной и неземной,
Сад неизведанный. Сад странный.

В тебе мелькаю я — как страх,
Как страсть. Как выкрик в тихих кронах
В твоих бушующих ветвях,
В твоих бунтующих бутонах.

Я — этот сад. Его стволы —
И в ноздри, в сердце бьющий запах —
Из-под коры, из-под травы,
Из-под коряг и пней внезапных —

Из мглы рождаюсь я, как страх,
Как страсть, как выкрик в этих кронах,
В моих бушующих ветвях,
В моих бунтующих бутонах.

***

Затерявшись в рыбачьей хибарке
На пустынном морском берегу,
В той низине, где краски неярки,
Я осенний покой берегу.
А ночами медлительный дождик
Осторожно царапает толь.
Это мрак мою душу тревожит
И морская безлунная голь.
И наутро — проснувшийся ветер
Монотонно и зло говорит,
Что на бледном холодном рассвете
Недовольное море горит.
Что туманятся астры, продрогнув,
Потихоньку в себя приходя,
Что ненастье кладёт на дорогу
Сиротливые капли дождя.

***

Ты — как река. Ты вся — движенье;
Быстра, стремительна, легка,
В тебе находят отраженье
И звёздный блеск и облака.
В тебе покоя нет. Покоя?
Ему ли жить в твоей груди?
Но будь разумною рекою,
Из берегов не выходи!

***

Мне снится сладкая зима,
Как леденец в киоске.
Мне снится, как хурма, как хурма,
Оранжевые блёстки.

И ты - у стёкол декабря,
Нежна, бледна, без грима...
Легки запястья у тебя
Ты вся - неповторима.

На доме - снежная чалма
Глядит из закоулка... ... ...
Мне снится сладкая зима
И сладкая снегурка.

***

Кармен Риэре

Ты мне скажешь в этот вечер,
Что изюм не так коричнев,
Что мой дой - не так беспречен,
Поцелуй - давно привычен.
Упрекнёшь, что мало значишь
Для ленивца и бродяги,
Отвернётся - и заплачешь
В мои белые бумаги.
Ты мне скажешь, что сегодня
Нет того, что было прежде,
Что пора увять бесплодно,
Что пора уйти надежде,
Что ничто не очевидно
И ничто, увы, не ново,
Что грустить о прошлом - стыдно,
Ибо жили бестолково.
Обниму, прижму шутливо.
Тут спокойно дышит ладан.
Слава Богу, все по кругу...
Поглядим в глаза друг другу!
И скажу чистосердечно:
Ты права. И ты - красива.
Улетело наше лето,
Отшумели, отшутили -
Не расстались. И об этом
Я скажу в высоком штиле:
Дорогая, ваши плечи
Пахнут утренним туманом.
Это значит - наши встречи
Пахнут снегом и обманом,
Это значит - мы коснулись
Некой тайны... нежной таайны...
Это значит - ветры с улиц
Преднамеренно случайны.
Это значит - мы любили,
Это значит - мы летели,
Это значит - нас забыли
Снегопады и метели.

***

Покой кивает олеандрам,
Вдыхает флору дальних стран...
И ты уснёшь. Тогда за кадром
Восстанет розовый фонтан.

Вот вырос, властен и безвластен,
Как тополь, - стройный, озорной, -
Смешенье грез и сна и страсти, -
Пропахший утренней зарёй,

Моих сомнений порожденье,
Он - подтвержденье, он - ответ,
Что ты чиста до пробужденья,
Пока тебя в сем мире - нет...

***

Хочу безвестным быть, как облака,
Хочу любви, хочу тепла и света
Моя мечта безмерно велика
И все-таки могло случиться это.

И все-таки – вот, рядом, значит есть
Во всем вокруг. А значит в самом сердце
И молча я твержу ему: усердствуй
Все будет, если дней не счесть.

Хочу прийти к себе путем кратчайшим –
Травинкой вросшей в солнечный песок,
Хочу горластым ливнем раскричаться,
Вдыхая солнце, бьющее в висок.

Чтоб знать, как полдня капли тяжелы
Как на пыли не двигаясь, толпятся
И как от сумасшествия жары
Все улицы восторженно дымятся…

***

Играть! Бросая все, выходит брат на брата
Лови удачу – пустоту в груди…
Играть, всегда играть, лик за личиной спрятав!
Лицо с лицом сомкнись. Лицо в лицо – уйди.

Играй, поскольку нет – ни выхода, ни входа.
Играй, поскольку ждет вседневная игра.
Пока в еще в тебе игрой чудит природа,
К тому, кто вне игры – добра и недобра.

Играй! Сгоришь в огне, когда придет расплата
За игры наяву, во снах, наедине
Сегодня для игры выходит брат на брата
И не поймет пока – что там – на самом дне…

***

ОДЕССА

Ах, Одесса, гулкая раковина,
Ночью спящая,
Ты снимаешься с якоря,
И уходишь в открытое море.
В открытое море.
Ты плывешь, ты плывешь как остров,
Ты глотаешь соленую горечь!

На ночных твоих перекрестках
Тени сказочные толпятся
Тех таверн, портовых красоток,
И пиратов с зубами акульими,
Ты сегодня пропитана солью
И наполнена незатухающим гулом.

Ах, Одесса, Одесса, платаны, каштаны
Под твоими деревьями мы вырастали
Мы родились в тебе под напевы прибоя,
Ах Одесса, Одесса, гулкая раковина,
Овеянный дымкой романтики город
Я тебя различаю под стихающий гомон
Мы уходим с тобою в открытое море,
В открытое море.

1961

***

ПОД ДУШЕМ

Стоишь, нагая и хмельная,
С лицом немым и незнакомым,
И отдаешься, как Даная,
Дождю, от солнца золотому.

Но все туманнее, все глуше
Водица льнет к стопе босой
И ты выходишь из-под душа,
Как плод, обрызганный росой!

1961

***

ЯБЛОКИ

Яблоки гудят, как струны,
Сад, раскачиваясь, стонет.
Яблоки летят, как струи,
Падая в мои ладони.
Как дрожит нутро земное,
В ярости, в любовном зное
И вращаясь, как планеты,
Надо мной гудят ракеты,
Я иду к дочурке в гости,
Яблоки лежат в авоське.

1961

***

Ты – как река. Ты вся – движенье
Быстра, стремительна, легка,
В тебе находят отраженье
И звездный блеск и облака.
В тебе покоя нет. Покоя?
Ему ли жить в твоей груди?
Но будь разумною рекою
Из берегов не выходи!

1961

***

Ухожу. Прощай навеки.
Бывшая твоя жена
Солнце. Ветер в занавеске.
Тишина.
Тихо-тихо. Тихо-тихо.
Нет ни музыки, ни слов
Только явственное тиканье часов.
Тишина.
Вот – ушла.
И намокшее в лохани
Белье.
И записка, как дыханье
Ее.
“Ухожу. Прощай навеки
Бывшая твоя жена”.
И молчащая как вечность
Тишина.

1961

***

Спасаясь, бегут отважные
В “раю” оставаться – страшно
А я наверное знаю:
Совсем не от божьего гнева
Вот так же когда то из рая
Бежали Адам и Ева
О, их из Эдема не выгнала
Огненная метелица,
А люди оттуда вырвались,
Чтобы людьми сделаться.
Из рая бегут. Там душно
Там пальмы. Там калориферы
Бегут сквозь любые отдушины
Туда, где буруны и рифы.

1961

***

Я знал, что рано встану,
Что подойду к окну,
Что за окном застану
Нагую тишину.
Что выйду за пределы
Окраин городских,
В степной глуши затерян
Как безымянный скиф.
Так сталось. Так случилось.
Так думалось душе,
И счастья беспричинность
Разгадана уже.
И сердце наградили,
Нивесть куда маня,
Рассвета паладины,
Приветствуя меня.

***

Меня одела благодать
И под моей рукою
Сияет выгнутая гладь
Озерного покоя.
Сияет ветер – вздох его
Так неподвластен смерти!
Просторы духа моего –
Земле, воде и тверди!
И дышит сердце налегке –
Кусты, обрывы, охра…
В моих ладонях, как в садке,
Лепечут рыбы мокро…

***

Свет ползет по большаку.
В темноту ушли рябины,
И прислушались глубины
К загрустившему сверчку.
Звездопад, как зернопад.
И – сияет, и – лоснится
Месяц, старая лисица,
Объедая виноград.

***

МУХА

Я люблю горюху-муху
С бледновосковым брюшком.
С деловитым хоботком,
С лицом серьезной ученицы.

Муха помнит молчаливо
Все старинные уюты,
Каждый вздох моей квартиры,
Томно помнит все углы…

Наши вкусы совпадают,
Оба – сладости мы любим,
Любим плакать в занавески,
Головой о стены биться.

Ввечеру читаем с мухой
Мы роман о старой жизни
И вдвоем едим варенье
И барахтаемся оба
В этой сладости забвенной,
В этом бархатном мирке.
Ах вишневое варенье,
Пылкое, с тяжелым блеском,
Может стать причиной гибели
Для нас обоих!

***

В мусоре спит кочерыжка, -
Ветер из тряпочек сшит...
Чёрная гладкая мышка
В угол заветный бежит...

Нет ни конца, ни начала,
Нету ни ночи, ни дня.
Время меня укачало,
Но не согрело меня.

Песня моя! Лорелея!
И без сирен - буду плыть...
Я ничего не умею,
Только умею - любить...

***

ДЕТСТВО

Бабушка вынула спицы,
Платки её любят воздух прохлад,
Дышат бликами кастрюльки, кипят
И поют, как снежные птицы.
Смиренные сыплютсся крупы,
Тает белок, как снег,
Кастюли кипят - и курица в супе
Им отвечает во сне.

***

ДЕТСКИЕ СТИХИ

ТОЛСТЯКИ

Гипопотам, -- сказал медведь,
Тебе бы надо похудеть.
Гипопотам ответил хмуро:
И у тебя не та фигура…

У козла,
У козла
Бородища отросла.
Муравей, как в темный лес
В эту бороду залез.
Побродил он взад-вперед,
А дороги не найдет.
Испугался – быть беде,
Нет дороги
В бороде!
Ох, не выбраться ему!
Муравей кричит “Ау!”
Эй, откликнитесь друзья!
Выручайте муравья!
Муравей в большой беде –
Очень страшно в бороде!

ЧЕРЕПАХА

Не пойму я черепаху –
Вечно прячется от страху,
Ходит медленно, с трудом,
На себе таскает дом.
Черепахе было б лучше
Запирать его на ключик,
Дома дом свой оставлять,
А самой идти гулять.
Но к тому же черепаха
Видно страшная неряха –
Не проветривает дом
И не убирает в нем.
И поэтому она в доме том сидит одна,
Сохнет старая от злости –
К ней никто не ходит в гости…

ДИКОБРАЗ

Обезьяны-хулиганы
По дороге пробегали,
Обезьяны-хулиганы
Все деревья обломали.
Расшатали старый мост.
Оторвали зебре хвост.
Тут проснулся дикобраз!
Хулиганы, Вот я вас!
Как затопал он ногами:
Хулиганы! Хулиганы!
Замахал он кулаками:
Хулиганы! Хулиганы!
Обезьяны засмеялись
Мы тебя не испугались!
Вот как схватим дурака
Да намнем ему бока!
Подбежали к дикобразу.
За него схватились сразу,
Руки-ноги накололи
И заплакали от боли!