А звёзд не видно над землёй,
Как будто кто-то
Их стёр невидимой рукой,
Уставшей от полёта.
И затёрялся в небесах,
Такой далёкий,
До слёз продрогший в облаках
И одинокий.
В пустой безмолвной синеве
Мечтал погаснуть,
Как в неродившийся в листве
Порыв напрасный.
Как будто не было ещё
Часов и стрелок
И можно плакать ни о чём
В чужих пределах.
Как будто дерзкая рука
Коснулась ветра
И с нею замерли века
Разлук и смерти.
И чьи-то губы надо мной
Шептали только,
Что можно звёзды над землёй
Смахнуть тихонько.
Затем, чтоб завтра раздарить
По всем Вселенным,
Одним движением разбить
И стать нетленным,
И вновь под звёздные дожди
Подставить руки,
Оставив пылью на пути
Слепые муки.
С ладоней сильных и живых
Взахлёб напиться -
Под взглядом звёздных часовых
Навек проститься.
И знать, что это не всерьёз
И завтра снова
Похитит кто-то стаи звёзд
Со дна ночного.

МАГИЯ

Всколыхнулась вода -
Я хитёр, ты чиста.
Ни тропы, ни следа.
Я хитёр, ты чиста.

Я перо, ты стекло.
Сто полей расцвело,
Сто ветров подняло.
Я перо, ты стекло.

Я стена, ты грешна.
Ты до слёз влюблена.
Зеленеет луна.
Я стена, ты грешна.
Ты до слёз влюблена.

В две зеницы звезда.
Глубина молода.
В две зеницы звезда.
Всколыхнулась вода.

МАРТ

Бирюзовые сумерки
Издеваются над синевой твоих глаз,
Лижут ладони,
Правят слова.
Ищут меня в окне,
Обласканную твоим молчаньем.
Продолговатые тени
Заплетают жгутами,
Как шнурки на ботинках.
И мы спотыкаемся,
Но не падаем.
Ищем опоры,
Вплавляем пальцы
В чужие руки
И стараемся не заснуть,
Боясь не приснится друг другу.
Каждое утро
Ощупываем деревья.
Ждём первых листьев.

***

Будь бережно храним моей любовью
От зим бесснежных, мелей и костров.
Минуя звёзд слепое поголовье,
Пои рассветы в скважинах зрачков.

Будь дик и слаб,
Прикладывая к ранам
Мои слова, как листья лопуха.
Нам велики великие обманы
В игольном ухе мелкого греха.

Который день по щиколотку море
Бормочет, как незрелое вино,
И сколько неприрученных историй!..
Но нам с тобой достаточно одной.

***

Мы - форзацы чужих эпох,
Остывающих в свежих фресках.
Так же пристально светел Бог,
Улыбаясь по-арамейски.

Искривлённые голоса,
И мощёные мостовые…
Но по контурам - по глазам
Нас записывают в чужие.

Прилипает в виску висок,
Прячась в режущий шёпот детский.
И за нас отвечает Бог,
Улыбаясь по-арамейски.

ЛОГОВО СФИНКСА

- Где цветистые фразы?
- Их давно уже нет.
- Где костры на побережьях?
- Вот пепел, сладкий на вкус.
- Где гладкошерстные камни?
- Приручены для дворца,
Где никто не видел моря.
- Где следы моих губ на воде?
- Там, где прибой оставляет пощечины.
- Как шумит трава под созвездием Андромеды?
- Так, что ты её не слышишь.
- Где мифическое чудовище?
- Я его не боюсь.
- Чего ты хочешь?
- Всей лжи и правды твоих глаз
Не хватит на это.

Та история, что ты забыл, проста.
И может быть,
Ты отдал свою душу
Под видом одиночества.
Ты, бледный и надоевший,
С глазами как кофе,
От которого не пьянеют,
Но которому отдают сердце в залог.
Ты - химера с непрозрачными веками,
Ты - истина, в которую нельзя верить.
Неужели ты всерьёз мечтал ослепнуть -
Этот мир слишком тесен
Для тебя одного.
Научись отвечать на вопросы сфинкса,
Чтобы тебе было не так тяжело
Слышать мои ответы.
Чтобы ты мог повторять слово "любовь"
Так громко,
Что никто бы не понял,
Что оно значит на твоём языке.

КАТОРГА

Сто лет, над собой издеваясь,
Я слушаю ваши шаги.
Присядьте, и я вам признаюсь,
Что я ненавижу стихи.

За выплеск серебряной сказки
В осадок бессовестных вин,
За лица, ушедшие в маски
И гордые рамы картин.

За глаз неуемную дерзость,
Летящую с плеч головой,
За эту поточную трезвость,
Что вмиг оболгали судьбой.

За петли, венцы и лопатки,
Пробитые хрупкой стеной
Со смертью играющих в прятки,
Не знающих жизни иной.

За солнце. За вечер. За утро.
За клеток озябших мороз.
За то, что без ревности мудро,
За то, что серьезно всерьез.

За то, что и мастер - не мастер,
Где идолов смутная рать
И с голоду рвется на части
Луна, как простая тетрадь.

За то, что, убьешь или сгинешь, -
Но ты не разбудишь глухих.
За голос в мирской пантомиме
Меня ненавидят стихи.