Борис Суслович


***

И никогда не умирать!
А. Аронов

На тротуаре упавшая птица –
Сплюснутый серый комок.
Лишь захотелось ей остановиться
И, оглянувшись, наверх возвратиться –
Вышел отпущенный срок.

Сложены вместе ненужные крылья,          
Лапы поджаты к груди.
В горле последние звуки застыли –
Точка сплетения небыли с былью –
Тихо, темно впереди.

Я пробегу, обрывая подошвы,
Выплеснув слёзы из глаз,
Мимо летящего в спину: «Ну что ж ты,
Как онемевший,
ослепший,
оглохший?
Рядышком был – и не спас».

 
РОЖДЕНИЕ

Разгляди в глубине циферблата
Перепрятанный памятью миг,
Что на долю секунды возник
Перед тем, как уйти без возврата.
Не река, а прозрачный родник
Брызжет светом в днепровские скаты,
И сентябрьского грома раскаты
Заглушают младенческий крик.

 
***

А. Р.

Как же я дыханье успокою,
Чтобы выжить в мире опустелом,
Где своим я не владею телом,
А твоё сливается со мною?
Разве ты не этого хотела?
Скоро позабудем, что нас двое:
Правила сложения усвоив,
Половинки делаются целым.

Сердцем к сердцу прижимаясь тесно,
Круг земной замкнув на круг телесный,
Оболочку времени разрушим.

Разлетится жарких мигов стая.
Ты глаза откроешь, отражая
Наши перепутанные души.


МИХОЭЛС В РОЛИ ЛИРА

С. В.

От портрета на стене
Словно время откололось,
И откуда-то во мне
Пробудился певчий голос:
Я пою, больной и голый,
Пленник в собственной стране –
Феерическое соло
На расстроенной струне.

Задрожат виски от боли –
Упадёт венец со лба…
Песня, что ж ты так слаба?
Замолкаю поневоле.
Умирать по ходу роли –
Королевская судьба…
 

***

А. Р.

Пусть будет нашей тайной,
Как очутились мы
На лавочке случайной,
Что выплыла из тьмы.

Ты оправляешь платье,
Примятое чуть-чуть.
Ещё одно объятье –
И губ не разомкнуть.

Плывущий мир застынет
От свежести ночной.
И нет его в помине:
Он стал тобой – и мной.


ЛАСТОЧКА

Кричащая птица
Надеется: вдруг
На что-то сгодится
Родившийся звук.

Фантазии птичьи
В небесной дали,
Меняя обличья,
Коснутся земли.

Движенье без правил,
Как песня без нот,
Где музыкой правит
Свободный полёт,

Где каждое слово
Ложится точь-в-точь.
И прячется снова,
Как ласточка – в ночь.

***

А. Р.

Поплывёт куда-то взгляд…
Помнишь «Боинг», на котором
Уйму лет тому назад
Мы летели в этот город?

Между летом и зимой,
Между явью и дремотой
Призрак родины самой
Плыл за нашим самолётом.

Было нам друг друга жаль.
Слава Б-гу, что другие
Времена пришли, печаль
Оградив от ностальгии.



***

А. Р.

Какой юбилей? Я не верю.
Наверное, глупая шутка.
Ты, время, лишилось рассудка,
Пробыв слишком долго за дверью.

Какой юбилей? Я не вижу
В душе даже грана старенья.
Проваливай, глупое время,
А то познакомимся ближе.

Ступай – от винта, от порога,
И не приближайся на выстрел.
Иначе – отучишься быстро
Любимую пальцами трогать.

Тебя я запру между строчек,
И делай там всё, что захочешь.


***

А. Р.

Полыхающею краскою
Вечер обольёт окно –
И на стол поставит красное
Аргентинское вино.
Мы горюем или празднуем?
Милая, какая разница:
Буде всё пьяным-пьяно…


***

Тут на пять остановок вперёд
Не найдётся свободного места.
Хоть Мессия в автобус войдёт,
Кто посмотрит на пришлого, вместо
Них взвалившего брошенный мир
На свои заскорузлые плечи?
Им не нужен реальный кумир.
Нужно лишь ожидание встречи.


***

А. Р.

Побольше воздуха схватив,
Качусь без роздыха в обрыв.
В тиски зажатый, рвусь вперёд,
Пока не жахнет, не рванёт
В той неизвестной глубине,
Где даже места мало мне…


ЯЗЫК

Судный день на исходе. Минуты стекают во тьму.
Наконец-то подняться могу над словами моими,
И, семь раз повторяя запретное, в сущности, Имя,
Как ребёнок, набегавшись всласть, возвратиться к Нему.

Я смотрю на Него, приоткрывшегося. Ни к чему
Ждать ответного жеста. Наверное, между родными
Всё понятно и так. Удивлённый, я в толк не возьму,
Что за сила меня развернёт, опрокинет, поднимет…

Неподвластная голосу. Внятная только письму.

 
ВОСПОМИНАНИЯ О МАСТЕРЕ

М.А. Булгакову

Этаж полуподвальный. Слюда косит понуро.
От муторного эха хоть уши затыкай.
Все двери нараспашку. Привет, литература!
Обитель привидений. Забытый Б-гом край.

Пустая керосинка. Всё выжжено до капли.
Едва хватило света, чтоб дописать роман
О поколеньи нищих, чей отчий дом разграблен,
Чьей памятью увечной обет молчанья дан.

Слова ложатся густо, как семена в посеве,
Которых не пугает соседство Сатаны,
Каифы и Пилата. Довлеет злоба дневи.
Полуночные тени под утро не видны.

Блуждая по квартире, гость ищет постояльцев,
Как будто бы их жизням не подведён итог,
А время час за часом стекает между пальцев
И, ткнув иголкой в сердце, уходит из-под ног.

 
***

Птичий муляж у дороги.
Прошлого времени сколок.
Короток путь или долог –
Финиш. Подводим итоги.

Изображение птицы
Смотрит пустыми глазами,
Будто листаются сами
Прожитой жизни страницы.

Что им осталось, забытым,
Съеденным ряской рутины?
Мимо несутся машины.
Без остановок. Транзитом.

 
***

Яви хрупкая граница.
Вроде сплю – и сон мне снится
От какого-то лица
Без начала и конца.

Просыпаюсь. Засыпаю.
И опять бреду по краю:
В осыпающейся мгле
По душе, как по земле.

***

Я рву черновики
На мелкие кусочки,
Дорвавшись до строки,
До запятой, до точки,
До горла, до кишок –
Битком набит мешок.


ЗЕРКАЛО

В никуда из ниоткуда,
Где пустяшных мыслей груда,
В той коробке из-под спуда,
Посреди добра и худа,
Будто прошмыгнуло чудо:
Посреди добра и худа,
В той коробке из-под спуда,
Где пустяшных мыслей груда.
В никуда из ниоткуда.


КАНУН

Письмо отправлено. Уже
Запущен механизм дуэли.
Как проститутка неглиже
Спешит к разобранной постели,
Так он спешит под пистолет,
Чтоб успокоиться навеки.
Где выход, ежели поэт
Не уместился в человеке?
Приходится платить сполна 
За каждый грех на белом свете,
Пока не грянут времена
Куда паскуднее, чем эти,
Пока в затылок дышит стих,
Пока в руке – шальная карта.
…Игрок стоит, угрюм и тих,
Вдыхая пагубу азарта.


СПРОСОНОК

Проснуться ночью – и увидеть солнце
На стыке яви, морока и бреда,
Несущего по мигам, как по кочкам,
Невесть зачем схватившего за фалды
Выскальзывающее сновиденье…
Как ярко освещён, как светел угол
Моей неприбранной и тусклой спальни!

 
***

«Из света в сумрак переход... »
А. Блок

Втихую утекает время:
Секунды хлещут напрямик,
Как сквозь дуршлаг. В какой системе
Координат найдётся стык
Меж неприметным настоящим,
Что машинально мимо прёт,
И будущим? Что мы обрящем,
Когда случится переход
Из света в сумрак? Или как там?
А может, пошутил поэт:
Согласно некоторым фактам,
Такого перехода нет.


***

«Поехали по небу, мама... »
Д. Новиков

Сон, траченный светом, расползся уже,
А ты, оступаясь, бредёшь по меже,
И, кажется, в это мгновенье
Становишься собственной тенью.
Простым отраженьем видений своих,
Поспешно входящих в разорванный миг,
Лоснящийся, рыхлый, как вата, –
Без смысла и без адресата.

Держись за него, пока он не исчез,
Уже без надежды и памяти без,
Цепляйся руками, ногами,
Туманом, лучом, облаками.
Проклятое утро! Хоть смейся, хоть плачь –
Естественнейшая из всех неудач.
Кричи, задыхаясь в неволе:
«Поехали по небу, что ли…»

 
***

Признанья ждёшь? Забудь об этом,
Не пререкайся с целым светом,
Когда новорождённый стих
Очутится в ушах твоих;
Когда задышит учащённо
И первый крик издаст ребёнок,
Тебя за палец ухватив…
Порадуйся: малютка жив.

 
ВСПОМИНАЯ ЭКЗЮПЕРИ

Растрескавшиеся следы –
Ботинки казённые грубы.
Последняя капля воды
Поранит иссохшие губы.

Шатаясь, брести на восток
По самой безлюдной планете.
В ноздрях – раскалённый песок,
В ушах – обжигающий ветер,

В глазах – пеленой – миражи,
И путь к ним, по счастью, нетруден…
А в глотке моленьем о чуде
Топорщится жизнь.


ЖУРАВЛИНОЕ

А. Р.

Ты послушай молитву птичью
На веранде родного дома:
Как натужно они курлычут,
Будто лёгкость им незнакома,

Будто за расставаньем длинным
Не случается возвращенье –
И белеющим нежно клином
Не окрасится день весенний.


ЖИЗНЬ

1

Будь кладом зарытым,
Моя дольче вита,
Слепящим обрывком
От метеорита,
Пылинкой небесной,
Лишившейся крова,
Отдушиной песни,
Отметиной слова…

2

Почему ты щедра только с теми,
Кто не верит тебе ни на миг?
В истрепавшейся нервной системе,
Где пустячный вопрос – проводник

Оголённого нерва, где разом
Обступает горячая муть
И предательски лупит по фразам
Боль, которую не продохнуть…

На жаре невозможно согреться.
На ветру невозможно дышать.
Изгрызёт метастазами детства
Ненавидимая благодать.

 
«ВА БАНК 2» (1936 - 1986)

Забавно встретить самого себя
В парнишке, прячущемся от дождя
В забитом под завязку кинозале,
Который сдуру «Факелом» назвали.

Здесь крутится убойный детектив
И, денежку шальную прихватив,
Рад медвежатник: «польска не сгинела»
За пару лет до нового раздела.


ДОРОГА

Памяти И. Ф. А.

Казалось –
прохожим усталым
Бредёшь в направленьи вокзала.

Вокзал.
Измотавший все силы,
Бредёшь в направленьи могилы.

Могила.
Счастливчик: теперь ты
Бредёшь в направленьи бессмертья.

Бессмертье.
Его не хватало
На скользких ступеньках вокзала…

 
ТАШКЕНТ. 1943

«Удивительный мальчик! Вылитый Марин Цветаев»
С. Эфрон (1925)

«Я всё глубже проваливаюсь в пустоты мрака»
Г. Эфрон (1943)

Нелепый мальчик, выпихнутый в мир,
ест непрерывно: организм растущий
нельзя насытить. Пища – ориентир,
иные мысли – побоку. А пуще
всего – проевший душу едкий страх
воспоминаний. Сын спешит туда же,
куда спешила мать. Всё глубже мрак,
всё неотвязней голод. На продажу
он ставит стопку материнских книг –
и выручку в охотку проедает.
...Не гибель ли твоя ведёт дневник,
несостоявшийся Марин Цветаев?


***

Неделя начинается дождём,
стекающим с насупленного неба,
а мы, как заводные, снега ждём –
хрустящего рождественского снега,
хоть в палестинах наших его нет
ни в декабре, ни в январе, ни в марте.
…Лишь в мартобре повсюду валит снег
в стране, не обозначенной на карте.


2014. ИЮЛЬ

Около воинской базы
Деревце. Тридцать – в тени.
Кем отдаются приказы
В эти кромешные дни?
Смотрит, ощерившись, Газа,         
Хищному зверю сродни,
Будто спина дикобраза –
Боеголовки одни.

Б-же, дай силы евреям!
Если мы, грешные, смеем,
Зваться народом твоим,
Чёрт, что малюют, не страшен.
В предназначении нашем –
Выручка. Сим победим.

Rambler's Top100


Яндекс цитирования

Рейтинг@Mail.ru