Понедельник, 01 июня 2020 00:00
Оцените материал
(0 голосов)

ЛАДА МИЛЛЕР

БОЖЬИ ЗНАКИ


***

Снежинка вспыхнет у виска.
Мемориальная тоска
Так приобнимет, что не скрыться.
Настигнет, птицами звеня,
Но разве птицы без меня
Поют?
И разве это птицы?

Как неспокоен сердца бой.
Все говорят, что нам с тобой
И горя нет, и мира мало.
Но хрупок сад и тонок звук
Страсть возникает из разлук –
Дотронься.
Вспыхнула.
Пропала.

Пускай.
А всё, что было врозь,
Повесь за ниточку на гвоздь,
Теперь мы сами будем птицы –
Так пахнет волей и весной,
Что Бог качает головой
И небу в ласточках не спится.


***

Февраль торопится к нулю.
Я беззастенчиво люблю
И от застенчивости таю.
В окно заглядывает снег.
В снегу счастливый человек
И чувств растрёпанная стая.

Так просто – выдумал, пришёл.
А у меня неприбран стол…
Рука обхватывает сердце
И двое молча говорят,
И дом пускается вприсяд,
И ноль стремится к «наконец-то».


***

Ты говоришь, что это здорово,
И почки лезут, не спросясь.
Реки расплавленное олово,
Дорог расхлябанная грязь –

Всё оживает от восторга и
Земли раскручивает ось,
Разлука – девушка не строгая,
Ещё немного поматрось,

Пока от счастья не расквасится,
Чтоб встречей ласковой согреть.
И небо стягивает платьице,
И солнца вздрагивает медь,

Трубят от нежности пернатые,
Кричат трамвайные звонки,
Деревья сбрасывают латы и
Заламывают позвонки.

А мы – нездешние, хорошие,
Проходим за руки держась,
И лужи хлопают ладошами,
И почки лезут, не спросясь.


***

Окно приоткроешь – июнь без пяти,
Кудрявая чёлка сирени.
Жуки натирают до блеска хитин,
Сверчки разминают колени.

От солнечных пятен до розовых пят
Июнь оголтел и понятен –
Слова колосятся, дожди гомонят,
Настойчиво тикает дятел.

Прижмёшься покрепче, замрёшь у плеча,
Услышишь сквозь ропот неблизкий,
Как терпкие ягоды глухо стучат
О дно облупившейся миски,

Покажется – жизнь промелькнула и нет
Её беспощадней и слаще.
Нахлынет листва, заколышется свет,
И голуби небо растащат.

Слова обнажат тополиную суть,
Теперь – обожать, до утра не уснуть,
А если и правда – июнь без пяти,
Пусть время забудет, что надо идти.


***

Когда придёшь, цветы поднимут очи
И улица навстречу побежит,
Возьми меня на руки очень-очень,
Как будто я не женщина, а дочка,
Как будто я не баловство, а жизнь,

Всего-то сада – яблоня, да груша,
Смешная птица, пьяная пчела.
Меня тобой накроет, оглоушит,
Сначала буду всхлипывать – не слушать,
А после улыбаться и молчать.

Вина с вином утешатся, играя,
Судьбы щегол поранится о край.
Но у любви ни жалости, ни края.
Когда придёшь, напомни, что жива я,
Собаку кликни. Дверь не запирай.


***

Как построим хижину из цветка –
Пять углов топлёного молока,
Потолок раскрашенный вкривь и вкось,
Cквозь чердак пробившийся солнца гвоздь,
Так затопит – ласкова, глубока,
Забывай-Река.

Как построим хижину – выйдем вон
В поднебесный колокол, птичий звон,
Где родятся облако и яйцо,
Где тебя ошпаривает свинцом
В горизонт вцепившаяся рука –
Забывай-Река.

Вдруг поймёшь, что, господи, и не жил,
Молоко топлёное убежит,
От цветка потянется горький дым,
Потеряем голову, улетим,
И уйдет по капле моя тоска
Забывай-Река.

Так построим хижину из цветка,
А пока что – река, река…


***

Так хочется неба с оттенком дождя,
Весёлого паводка, терпкого мая,
Что дом из гудящей трубы вылетает,
Намокшие крылья, как ставни, сведя.

И хлопают двери, и вазы дрожат,
Зажав непокорные стебли в объятья,
Танцуют в шкафах полуголые платья,
И галстуки, вытянув шеи, летят.

А мы, вдруг поддавшись на этот соблазн,
Друг с друга не сводим восторженных глаз,
И космос мигает, и бездна манит,
И тело на тело наводит магнит,

Чтоб спело в душе бесшабашное «пусть»,
Чтоб счастье схватило за выпуклость грусть,
Чтоб в небе январском вскипела сирень,
Чтоб тенью своею почувствовать тень

Того, кто стоит у открытых ворот.
Того, кто вот-вот…


***

Сбивает с правильного шага
Внезапной памяти щелчок:

Вот поезд Амстердам-Гаага,
Натёрший ногу башмачок,
Горчичник кофе, бублик теста,
Мальчишка с профилем Басё,
Пейзаж, срывающийся с места –
Стога, деревни, то да сё.

Дорога падает и длится,
Стучат колёса кастаньет,
В кармане вздрагивает птица,
Как перепуганный билет,
Жизнь распадается на части,
Перрон командует – Пора!
И расцветает слово «счастье»
В незаживающем вчера.


***

Конечная станция – Осень.
У тучи подмышкой ушат.
За окнами грустные лоси
Листвой перелётной шуршат.

Задёрнешь небес занавески,
Где только что был и пропал
Деревни рисунок нерезкий
И озера тусклый овал,

Вожмёшь сиротливую спину
В надменный вагонный комфорт,
Подумаешь: жизнь – это глина,
Слетевшая с божьих ботфорт,

Очнёшься от маленькой славы,
Возьмёшься за гужевый труд,
И выведут слева направо
Слова. И упасть не дадут.


БОЖЬИ ЗНАКИ

Там, где с гор сбегают маки,
Где оливы просят тени,
Кто-то пишет божьи знаки,
Опустившись на колени,

Чьи ладони, словно листья,
Чьи печали, словно плечи,
В алый зной макая кисти,
Разрисовывает вечность,

Чтобы там, где пепелище,
Вырос дом, поспело тесто.
Хочешь, мы с тобой отыщем
Это ласковое место?

Чтобы ты увидел Бога,
Чтобы я шептала: «Милый»,
Чтобы жизнь была нестрогой,
Чтобы смерть была красивой.

Там, где небо тучи застят,
Где от слёз промокло море,
Кто-то пишет слово «Счастье»
И зачёркивает «Горе».

Там, где нежно и подробно,
Дружат люди и собаки –
Пишет кровью божьи знаки
Кто-то правильный и добрый.

 

Прочитано 522 раз

 



Рейтинг@Mail.ru
Яндекс цитирования