Вторник, 01 июня 2021 00:00
Оцените материал
(1 Голосовать)

АЛЕКСАНДР РУДНЕВ

«ПОДЗЕМНАЯ РЕКА»
(Юрий Гурфинкель. «Ещё легка походка…» Анастасия Цветаева и её современники».
М., «Серебряные нити», Центр гуманитарных инициатив, 2021. – 237 с., илл.)

Недавно мне попала в руки книга, о которой сейчас пойдёт речь – в чём-то совершенно необыкновенная. Её автор Юрий Ильич Гурфинкель, врач-кардиолог, доктор медицины, ведущий научный сотрудник МГУ имени М.В. Ломоносова, в течение семнадцати лет был близко знаком и дружен с Анастасией Ивановной Цветаевой и написал о ней великолепные воспоминания, ни в чём, по-видимому, не повторяя других, а об А.И. Цветаевой, как известно, во многом уникальной личности в истории нашей культуры, написано немало. Но несомненно то, что каждая деталь, каждая подробность жизни и облика этого человека драгоценна не только для её современников, но и для тех, кто будет жить после нас.

А.И. Цветаевой, здесь же заметим, принадлежит, по нашему мнению, необыкновенно точная, ёмкая и умная, во многом исчерпывающая характеристика, которую она дала своему приятелю и собеседнику, впоследствии написавшему о ней эти мемуары.

«Как писателю, Юрию Ильичу Гурфинкелю присуще то свойство улавливать влияние истинной фантастичности жизни над реальностью дня». Гурфинкель, по мнению А.И. Цветаевой, «отбрасывает всё то, что льнёт к перу в спешке, то, что не подходит, пока не найдёт единственно нужное для строки, как единственно нужное лекарство больному…».

Эта тонкая и проникновенная характеристика как нельзя более отражает сущность незаурядного писательского дара Ю.И. Гурфинкеля, который в этой книге проявился во всём блеске. И даже более того – в истории литературы хорошо известен целый перечень великолепных писателей-медиков – это и В.И. Даль, и А.П. Чехов, и В.В. Вересаев, и народник С.Я. Елпатьевский, и М.А. Булгаков и, по-видимому, этот список можно было бы ещё продолжить. В этом ряду Ю.И. Гурфинкелю принадлежит, несомненно, одно из заметных мест, ибо эти пять очерков-эссе, которые составили книгу «Ещё легка походка» (строчка из стихотворения А.И. Цветаевой «Мне восемьдесят лет, ещё легка походка…»), читаются как увлекательный роман путешествий, нравоописаний, и самое важное то, что главной героиней является человек необыкновенный во всех отношениях, человек страшной, трагической судьбы, сумевший с огромным достоинством перенести тяжелейшие испытания и почти до 100 летнего возраста сохранившей творческий дар, острый ум, прекрасную память и доброжелательное, неозлобленное отношение к людям и миру, хотя признание к ней, как к писателю пришло, увы, слишком поздно, хотя А.И. Цветаева прожила не только очень долгую жизнь вообще, но и у неё был столь же долгий литературный путь, несмотря ни на что.

В 1916 году вышла её вторая книга «Дым, дым и дым», которую в пух и прах несправедливо и пристрастно изругал очень знаменитый тогда Леонид Андреев в газете «Русская воля» в своей заметке «Литературный дневник. Печаль наших дней», там есть в частности такие слова о той книге – «Здесь розановщина, облеченная в кимоно…».

А её последними уже, можно сказать, старческими произведениями были очерки «Зимний старческий Коктебель», «Моя Голландия», «Моя Эстония», «Моя Сибирь», роман под названием «Amor», известная книга «Воспоминания» и другие.

В очерках, составивших рассматриваемую книгу – «Коктебель», «Голландия», «Белый кофе», «Кунины, Нисс и другие люди прекрасной эпохи», «Подземная река», «Цветаева и Чижевский. Чёрное солнце двух судеб» – увлекательно рассказывается о разных поездках и путешествиях, предпринятых автором вместе с Анастасией Ивановной – вначале в очень памятный и дорогой для семьи Цветаевых Коктебель, в ноябре 1988 года, где происходили съёмки фильма о Марине Цветаевой – героине книги в это время было уже 94 года, но всех, кто встречался с ней, она поражала своим живым и острым восприятием внешних впечатлений и, самое главное, своей исключительной, не потускневшей с годами изощрённой интеллектуальностью, в которой чувствовалась «непреодолённая» и ничем не потопленная культура русского Серебряного века, с которой она была органически связана, и с которым был тесно связан этот знаменитый посёлок в восточном Крыму, «голом и суровом, с колючками», воспетом М.А. Волошиным и отражённом в великолепных киммерийских пейзажах К.Ф. Богаевского.

Автор приводит в связи с этим слова самой Анастасии Ивановны: «<…> В парадном костюме сижу в кресле и, смеясь внутренне, отвечаю на вопросы о почти легендарной уже старине». И здесь во многом почти весь непростой и многогранный характер этого удивительного человека.

Исключительно пластично и живописно написан очерк о путешествии в Голландию, предпринятом А.И. Цветаевой в апреле 1992 года в возрасте уже 98 лет, за полтора года до её смерти, также в сопровождении Ю.И. Гурфинкеля по приглашению на конгресс писательниц-женщин и международную книжную ярмарку, где Анастасии Ивановне пришлось выступить перед большой аудиторией – на это живо откликнулись западные газеты, радио и телевидение, и это в самом деле было очень заметным культурным событием тогдашнего времени.

Прелестные живые подробности, тонко и точно подмеченные детали, обрисовка людей, обстановки и, конечно же, в первую очередь главной героини, её всегдашнее живое восприятие всего – всё это создаёт необыкновенно пленительную, изящную, почти воздушную «читабельность» этих путевых записок.

Описание амстердамских встреч А.И. Цветаевой с разными лицами, посещение ею исторических достопримечательностей – например, могилы Рембрандта, или дома известной Анны Франк – представлены здесь самым колоритным и запоминающимся образом. И несколько комической, забавной тональностью окрашена концовка (set ridicule франц.) – о том, как во время прилёта в Москву из Голландии «старую леди» посадили два дюжих молодца в обыкновенную тачку, предназначенную для перевозки кирпичей, чтобы вывести её в здание аэропорта.

Одна из глав книги посвящена спутникам А.И. Цветаевой, последних, и не только, лет её жизни – это и родственница художника Р. Фалька, и поэт-мистик Б. Зубакин, и В. Маяковский, и прежде всего семья Е.Ф. Куниной, в обществе которой она провела своё последнее лето 1993 года в Переделкинском Доме творчества – с нашей точки зрения, это одни из лучших страниц книги. Это место, когда-то, как известно, бывшее всесветно знаменитым, теперь, увы, во многом утратившее своё прежнее лицо, очень памятное и автору этой статьи, описано очень выразительно и колоритно. Здесь тоже немало забавных эпизодов – например, о том, как А.И. Цветаева кормила рыбой кота, называя его на «вы» и многое другое.

В книге запечатлены многочисленные подробности, надо сказать, очаровательные и совершенно уникальные, о том, какой была в повседневной жизни и своём непростом быту эта достигшая предельной старости, но не сломленная женщина, никак и ничего не растерявшая из своего бесценного духовно-интеллектуального багажа – её суждения в том числе и о сложнейшей современной политической ситуации, которая пришлась как раз на её последние годы, всегда острые, ёмкие, неожиданные, иногда лишь одним выразительным словом она могла «припечатать» и окружавших её людей и обстоятельства, которые ей сопутствовали и т.д.

Самым запоминающимся образом в этих мемуарах описывается и жилище А.И. Цветаевой – однокомнатная квартира на Большой Спасской улице неподалёку от площади Трёх вокзалов, где были на таком малом пространстве свои, какие-то потаённые уголки, о которых, возможно, не знали даже самые близкие ей люди, в том числе и её сын Андрей Борисович Трухачёв, умерший раньше её. В этом смысле особенно примечательна глава «Подземная река», где рассказывается, в основном, уже о завершающихся днях этой почти столетней жизни, жизни мужественной и во многом героической. Очень интересны также, казалось бы, попутно сделанные замечания автора по поводу документальной повести А.И. Цветаевой «Моя Сибирь», в центре которой «та же тема одиночества и безысходности человека, брошенного в жернова истории» (с. 219) – надо сказать, что книга эта сразу же после своего выхода в свет и при вполне приличном тираже стала библиографической редкостью.

В последние годы жизни А.И. Цветаевой, вспоминает Ю.И. Гурфинкель, были выбраны и опубликованы по совету её литературного секретаря Ст.А. Айдиняна, короткие истории-миниатюры о животных, которые, по мнению мемуариста, являются своего рода «литературными шедеврами высокой пробы» (с. 220). Это, в сущности, рассказы не столько о животных, сколько о людях, утративших или же, напротив, сохранивших «редкое свойство души в эпоху войн и террора – сострадание» (с. 221).

И заключая, невозможно ещё раз не отметить того, что в книге Ю.И. Гурфинкеля превосходно показан воздух эпохи, так ощутимо и физически осязательно, со всеми её трагедиями и немногими, пусть даже ничтожными, убогими радостями, что его хочется потрогать руками, как это бывает иногда с произведениями живописи.

Завершает же книгу очерк об известном учёном-физике А.Л. Чижевском, также опосредованным образом связанном с семьёй Цветаевых. У А.Л. Чижевского осталось, замечает Ю.И. Гурфинкель, своего рода стихотворное завещание своим друзьям, единомышленникам и последователям:

Благословим же дальнюю звезду,
И горсть своей земли печальной!
Друзья мои, я к вам иду,
Как к истине первоначальной!

Прозрачные, почти по-пушкински ясные стихи!

Таким образом, читатель получает в подарок чудесную книгу, и это в наш избалованный всяческими книжными изысками век. Эту книгу читатель прочтёт на одном дыхании, невзирая на мелкие неточности, на которых, пожалуй, нет особого смысла останавливаться.

Прочитано 258 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

 



Рейтинг@Mail.ru
Яндекс цитирования